Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Свежий Номер

№ 4 (78), 2011


Дневник


Евгений СТЕПАНОВ



ФЕВРАЛЬ 2011
 
 
Очки

Я перенес тяжелую форму гриппа, болело сердце, стал хуже видеть. Я даже немного запаниковал. Ну почти ничего не вижу. А потом я протер очки. И стал видеть намного лучше.
Все-таки жить одному не очень хорошо.



Зло и добро

Как реагировать на зло? Надо ли реагировать? Что такое зло? А вдруг зло несешь ты сам? Ведь кто-то обижается и на тебя…
К 47 годам я осознал, что могу быть для какого-то исчадием ада, а значит, не имею морального права бороться со злом. Я имею право не быть злом, бороться с ним в себе и прощать его в других, не замечать его.
И, конечно, нельзя ни на кого обижаться — потому что нельзя идеализировать человека.



Лена Павлова

Разговаривал по телефону с Леной Павловой. Мы с ней всегда понимаем друг друга. Прекрасный человек.



Касатский

Стива Касатский — это, прости Господи, про меня. И про меня тоже.



Топоров

Прочитал в Интернете статью известного критика Виктора Топорова «Судьба «Нового мира»».
Нехорошая статья, вредная и обидная. Но у нее есть одно достоинство. Здесь почти все — правда. Неправда, что я издаю и редактирую три журнала. Я издаю и редактирую семь журналов.
Перепечатываю эту статью полностью.



Судьба «Нового мира»

Свобода без ответственности это свобода безответственности — вот что приходит в голову, едва задумаешься об одном из самых шумных гуманитарных сюжетов последних недель — об истории о предполагаемом выселении из здания в центре Москвы легендарного толстого журнала. О выселении, которое эвентуальные потерпевшие во главе с редактором и их заступники почему-то автоматически приравнивают к ликвидации самого «Нового мира». Но даже если так…
Сейчас опасность выселения вроде бы миновала. Коллективное письмо в поддержку «Нового мира», похоже, сработало, — а значит, здание, в котором журнал обитает уже долгие десятилетия, не будет выставлено на торги (а если и будет, то с «обременением» в виде самого журнала), — но осадок, как говорится, остался.
И дело тут не в злорадстве, с которым, якобы, кое-кто встретил преждевременную и недостоверную весть о закрытии «Нового мира»: вот, мол, за что боролись, на то и напоролись. То есть боролись за властную руку рынка — вот и получите властную руку рынка. Не за то в «Новом мире» (да и в других «толстяках») боролись и не на то напоролись. Боролись (и борются) там за право продолжать получать государственные субсидии как в прямой, так и в косвенной форме (скажем, в форме все той же льготной аренды помещений), уже давным-давно превратившись, по слову нынешнего главного редактора «Нового мира» Андрея Василевского, в частную лавочку.
То есть Василевский сначала назвал возглавляемый им журнал «частной лавочкой», а уж затем воззвал «Караул!» urbi et orbi.
«Новый мир» не является коммерческой организацией, сказано в открытом письме в поддержку журнала. Это, мягко говоря, неправда. «Новый мир» — это закрытое акционерное общество с контрольным пакетом у ряда физических лиц, составляющих руководство журнала. Журнал распространяется по подписке и продается в розницу (пусть и в крайне ограниченных количествах) — и, по идее, должен приносить хозяйствующим субъектам прибыль. А если не приносит, значит, плохо хозяйничают. Значит, ЗАО «Новый мир» — это убыточная организация. Убыточная, но все равно коммерческая; просто у них такая коммерция.
Сотни, если не тысячи библиотек по министерской разнарядке подписаны на «Новый мир» (и еще на несколько «толстяков» либерального направления). Помещение арендуется по льготной цене (не знаю, как «Новый мир», но другие журналы, находящиеся в аналогичном положении, сдают часть помещений в субаренду по цене уже рыночной). Есть или, как минимум, обещаны премьер-министром прямые финансовые вливания. И при этом ведется коммерческая деятельность; правда, повторяю, ведется плохо.
И в этой точке начинаются разговоры о «национальном достоянии». О «журнале с великими традициями». Об общем упадке интереса к литературе и о кризисе толстых журналов как о прямом его следствии. О нищенских зарплатах и о вдвойне нищенских гонорарах. О высокой культуре, которой нигде и никогда не удается выжить без господдержки.
А главное, все это сущая правда.
Но есть и другая правда: «национальное достояние» — это ведь не привычная обложка и старые стены, а влияние на умы. Нет такого влияния (или оно исчезающее мало) — значит, это уже не национальное достояние, а его слабая тень. «Великие традиции» — это журнал Симонова и Твардовского, на худой конец, Сергея Залыгина (знаменитые все писатели), но никак не Андрея Василевского, пользующегося сейчас (причем в прямом смысле пользующегося) такой свободой самовыражения на дотируемых государством журнальных площадях, какая и не снилась его замечательным предшественникам. Упадок интереса к литературе — факт, но коммерческие издательства все же худо-бедно выживают без господдержки и печатают серьезную литературу (да и за аренду платят), а коммерческая организация ЗАО «Новый мир» выжить, видите ли, не может. Нищенские зарплаты и нищенские гонорары — так ведь сами же руководители журнала такие зарплаты и гонорары своим сотрудникам и авторам и назначили. Это, опять-таки, не нужда, а признак (и принцип) скверного хозяйствования. А что высокой культуре без господдержки не выжить, — так, кто сказал вам, Андрей Василевский и иже с вами, что культура, которую вы в ежемесячном режиме продуцируете и транслируете, именно высокая? Ах, вы сами про себя так решили. А платить должны мы? Но с какой же стати! Вот есть такой Евгений Степанов — он, подобно Василевскому, поэт, критик, мемуарист и главный редактор журнала (даже трех журналов). И печатает он и лично себя, и отзывы на свое творчество, и все то, что лично ему (подчас только ему) нравится, с такой же щедростью, с такой же бесцеремонностью и с такой же, называя вещи своими именами, безответственностью, что и главный редактор «Нового мира».
Но есть разница! Степанов бизнесмен. Он что-то там производит, что-то там продает — и тратит потом заработанное на выпуск своих журналов (разумеется, как и «Новый мир», убыточных). Он тратит свои деньги на то, чтобы печатать все, что ему захочется. У него действительно частная лавочка. Даже две: в одной он торгует, во второй — раздает бесплатно.
И у Василевского частная лавочка — ЗАО «Новый мир». И он печатает там все, что захочет. Но почему-то требует при этом прямых и косвенных денежных вливаний от налогоплательщика. В том числе, и в форме льготной аренды. Вот это и есть свобода от ответственности, на деле оборачивающаяся свободой безответственности. А вообще-то, толстый ежемесячный журнал «новомировского» формата и качества можно делать на коленке. И требуются для этого — один ноутбук, один мобильный телефон, один легковой автомобиль-пикап и два сотрудника. Один собирает (и отбирает) материалы, редактирует и готовит макет и верстку; другой ведает бухгалтерией, реализацией и пиаром. Да и зарплату себе эти двое могут назначить достойную.
К тому, собственно, и идет.

Виктор Топоров



Налоги

Налоги на зарплату возросли на 8%. Льготы малому бизнесу отменили. Как пишет «МК» 14.02.2011, «налоговая нагрузка на него была менее 15%, стала 34%». Постиндустриальное государство сталинского типа возвращается на всех парусах.



Клиент

Один клиент меня извел. Реально очень тяжелый клиент, такого не было никогда, за все годы моей работы. Агрессивный, некомпетентный, вечно недовольный, по-своему несчастный и т. д.
Что делать? А что мне остается! Быть выдержанным. Продолжать работать. То, что прописано в контракте, то и буду делать. А дальше посмотрим. Эмоции — в сторону. Никогда и никому не посоветую быть издателем, работа с авторами — это урановые рудники.



Книги

Каждый день езжу в электричке и метро. Делаю доморощенные социологические замеры. Сейчас процентное соотношение людей, читающих электронные и обычные книги, почти сравнялось. Еще год-полтора назад перевес в сторону читающих в транспорте обычные книги был огромный.
Вывод напрашивается неутешительный: мы находимся на пороге краха традиционного книжного рынка.



Венедиктов

Алексей Венедиктов принимает участие в международной передаче «Эха Москвы». Говорит про премьер-министра Австралии: «Девочка, подружка наша».
Или я ослышался? Лучше, чтобы ослышался.



Ромодановский

Директор Федеральной миграционной службы России К. О. Ромодановский сегодня (12.02.2010) по телеканалу «Россия» объявил, что в теч. 2011 года будет выработана концепция государственной миграционной политики.
То есть на сегодня, как надо понимать, ее нет.



Случай

Ехал домой на электричке. Стоял, читал вечный и одинаковый «МК». Какой-то парень громко говорил по телефону, говорил фактически матом, никто на него не обращал внимания — дело привычное. Вдруг какой замечательный амбал в наколках сделал ему замечание. И пригрозил кулаком. Матершинник извинился и притих. А поезд все ехал и ехал.



Сафонов

В «КП» (в феврале) вышла огромная статья про экстрасенса В. И. Сафонова, который, как выясняется, предсказывал будущее, давал консультации власть предержащим и т. п. Я хорошо знал Владимира Ивановича, мы с ним общались, я делал с ним интервью, он часто звонил мне, дарил мне с дарственными надписями свои книги. Я считал его философом, мыслителем, но никак не экстрасенсом. Более того, о его экстрасенсорных способностях мы не говорили н и р а з у. Поэтому статья в «КП» меня сильно удивила.
Интересно вот что: накануне выхода этой статьи я думал о Владимире Ивановиче, положил его книгу «О Том пока еще на Этом» в портфель, хотел перечитать на работе. Потом куда-то ее задевал. А как вышла статья в «КП», я эту книгу нашел.



Боровик

В 1989 году я напечатал в газете «Собеседник» интервью с Артемом Боровиком, с которым мы подружились еще в юности.
Потом мы три года работали вместе в газете «Совершено секретно», куда он меня устроил на должность спецкора.
Потом мой друг трагически погиб.
Спустя некоторое время, вышла книга Генриха Аверьяновича Боровика «Артем». …Я шел по переходу в метро, заглянул в киоск (куда обычно не заглядываю), там стояла эта книга. Я купил ее. Она начиналась нашим интервью.
А накануне Артем мне приснился.
Что это все значит?



Собаки

Редакционный двор захватили бродячие собаки. Их набежало примерно пятнадцать-двадцать. У суки — течка. Собачья свадьба. Пройти на работу опасно, собаки лают, глаза у них не очень добрые. Мои сотрудники испугались. Я позвонил в милицию, объяснил ситуация. Вежливая девушка-милиционер записала мои координаты и пообещала, что вскорости мне перезвонят и примут меры, прогонят дворняжек. Никто, разумеется, не перезвонил. Спасайся, как можешь. Неожиданный героизм проявил наш директор Игорь. Он схватил половник и ринулся на собак, начав их разгонять. Собаки кинулись врассыпную. А через полчаса прибежали вновь. В общем, все интересно.



Они и мы

Эпоха Возрождения.
Эпоха вырождения.



Комсомол

В Комсомоле был реальный и естественный институт выборов. Тебя выбирали твои товарищи. Выдвинуть самого себя считалось делом нескромным. Я стал секретарем комитета комсомола школы по идеологии, когда лежал в больнице. Меня избрали товарищи и учителя заочно. Избрали, потому что знали меня — я проводил политинформации, хорошо учился, вообще был активным подростком. Когда меня в 20 лет в институте исключили из комсомола (фактически не за что!), я считал, что жизнь кончилась. Лежал и не мог встать два дня.



Лимонов

Лимонов — средний писатель, зашедший в большую литературу с черного входа политики.



«Смерть Ивана Ильича»

Читал в сотый, наверное, раз «Смерть Ивана Ильича» Л. Т. Гениальное по глубине и психологизму произведение. Но сколько (сам ужасаюсь тому, что пишу!) стилистических огрехов! Сплошная тавтология. Было, были, был, была…



Лысенко

В редакцию заходил Саша Лысенко, замечательный поэт и гениальный фотограф. Скоро напечатаем в «ЛИ» полосу его фотографий.
Прекрасно поговорили. Саша — безукоризненный русский интеллигент.



Николаева

Читал в новом номере «Знамени» милые рассказы Олеси Николаевой. Посмеялся от души. Особенно смешно про человека по имени Бог и про КГБ-шника…



Малаховка

12.02.2011 гулял вдоль Малаховского озеро. Белым-бело. Рыбаки ловят рыбу, дети катаются с горки. Оттаял немного душой.
Заплатил за Интернет (600 рублей за два месяца).
На рынке купил полкило арахиса (60 рублей).
Дома вычитал книгу Яна Бруштейна, скоро издадим, писал про Бирюкова, Астафьева. Сварил уху из тилапии. Но есть не стал. Пил чай. Съел два яблока.



Гордыня и глупость

Мне стыдно, что на протяжении жизни я поссорился со многими людьми. Все это гордыня и глупость. И сомнительная попытка идеализировать человека. Человека нужно принимать таким, каков он есть. Не ждать от него ничего хорошего. Быть готовым ко всему. А если уж он сделает что-то хорошее, то воспринимать это как чудо. И быть благодарным. А на подлость, хамство, агрессию и т. п. реагировать не надо. Нужно уметь абстрагироваться.



Гордеев

Умер еще один мой одноклассник. Андрей Гордеев. 47 лет. Обширный инфаркт. Помню, после восьмого класса мы с ним боксировали в Кусково. Мы не виделись 33 года. И вот уже больше не увидимся никогда.



Рынок

Я ем специфическую еду, набор продуктов невелик: сладкий имбирь, папайя, фундук, арахис… Покупал я этот провиант на Выхинском рынке, у Фарида. Он отдавал мне, например, имбирь за 180 рублей (стартовая цена у него 200). Потом он сказал, что поднимает для меня цену до 190 рублей. Я согласился. Когда на следующий я пришел к нему и спросил цену, он сказал: «Двести…». Я спокойно развернулся и ушел. И купил имбирь за 190 рублей у Фаруха, который торгует в соседнем ряду.
Все-таки рынок (в прямом и переносном смысле) — неплохая вещь.