Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Свежий Номер

№ 2 (52), 2009


Перекличка поэтов


Дети Ра ХРОМОВА



ОНА ВЫШЛА ЗАМУЖ ЗА ЛЕТЧИКА



* * *

Мне ничего никто не обещает,
Я ничего давно не обещаю,
Никто не обещал меня тебе.

Но я, конечно же, о чем-то помню,
О чем я только до сих пор не помню,
Чего я только не могу забыть.

Она пришла с мороза и с вокзала,
Открыла воду, начала с начала
И побелила за ночь потолки.

Она в тебе так много замечала,
Сжимала зубы, плакала, молчала
И заново белила потолки.

Ее зверинолобому упорству
Могли бы позавидовать, но поздно
Пить воду из заснеженной реки.

Снег накрывает всю мою дорогу.
Снег накрывает всю твою дорогу.
Никто не позабудет ничего.



* * *

Я засыпала на твоей ладони,
Я просыпалась на его ладони,
И время плотно путалось в клубок.

А где-то в темноте гуляли кони,
В стеклянной темноте гуляли кони,
И был наш путь не близок, не далек.

А где-то за рекой горело пламя,
На вечном берегу гудело пламя,
Мир исчезал в янтарной темноте.

И все на свете становилось нами,
И все на свете становилось нами,
И наши тени плыли по воде.

А время в нас свои пускало корни,
Сцеплялись, заплетались наши корни,
Летел, летел на небо лепесток.

Я засыпала на его ладони,
Я просыпалась на твоей ладони,
А время все крутило свой клубок.



* * *

Она вышла замуж за летчика.
Пекла блинчики, вязала варежки,
Читала ему сказки и рассказывала небылицы.
Говорила, что раньше была жар-птицей,
Но Иван-царевич сжег ее кожу.
Летчик молчал.
Он дарил ей рассветы и апельсины,
Улетал, прилетал, заваривал чай с жасмином,
Его волосы пахли небом.
Иногда она плакала, ее руки дрожали,
Дорога к аэродрому терялась за гаражами…
Он кормил ее, брал ее на руки.
И она становилась Жар-птицей.



* * *

Рыбка плывет кверху брюшком
моя чудная желтая рыбка
умерла с самого детства
бедная бедная рыбка
я тогда повторяла
не понимая толком
я и теперь не знаю
что же мне делать если
солнце плывет кверху брюшком
небо плывет кверху брюшком
бедное бедное солнце
бедное бедное небо
где моя желтая рыбка
где моя желтая рыбка



Море

Эти грустные улицы станут рекой
По которым мы вместе (я только с тобой)
Поплывем, наше море волнуется.

Наше море лежит на ладони, как лед,
По которому больше никто не пройдет,
Раз, два, три — это море волнуется.

Я замру, я останусь фигурой морской
На твоем берегу, за моею рекой,
Вот и все. Только море волнуется.



* * *

Я оглянулась и увидела
После смерти в моей жизни
Осталось еще немало

Осенние листья зависли над высью
Наблюдая как я оглядываюсь еле дыша
Но замечаю осень чудо как хороша
И зима верно будет не хуже
А потом у весенней лужи
Я запнусь и сердце проглотит ком
Больше чем земля с солнцем и звездами

Только бы не забыть
О том что еще осталось
Безнадежно много
Безумно интересно
Безудержно ново
И пока не время



* * *

Ш.

Жить и жить то в пустой, то в полной квартире,
Прижимая к груди то книгу, то пластмассового щенка,
Помнить, что дважды два все еще четыре,
И вздрагивать от любого, пробившего ночь звонка.

Принимая на веру то, что зовут словами,
Задыхаться, крыльями разгребая осень,
Щурится в даль запрокинутыми головами,
Уходить в леса и теряться меж диких сосен.

Можно плакать об этом, можно купить щенка,
И лестничные пролеты станут светлее и шире.
Не вспоминать об этом, но помнить наверняка,
Что дважды два уже навсегда четыре.



Светлана Хромова — поэтесса. Родилась в 1982 году в Москве. Окончила Литературный институт им. А. М. Горького. Публиковалась в журналах «Литературная учеба», «Пролог». Член СП Москвы.