Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Свежий Номер

№ 5 (79), 2011


Премия «Дебют» на карте генеральной



Владимир КОЧНЕВ



ХОТЯ БЫ РАЗ В ЖИЗНИ
 
* * *

Я видел по телевизору
Как взбесился слон, выступавший в цирке
Сперва он наступил на дрессировщика
А после на парочку клоунов
Оказавшихся рядом

Люди рванули от него кто куда
И выглядели при этом не лучше
Стайки тупых обезьян

А один (его потом назвали храбрецом и героем)
Попытался даже закрыть перед ним ворота
Но слон взмахнул хоботом
И герой отлетел словно бумажный лист

Слон вырвался на улицу и побежал
Он весело трубил
Расталкивая машины, автобусы
Давя пешеходов

Возможно, он добежал бы до родных джунглей
Но через пару кварталов его застрелили

Тем не менее
Слон победил
Хотя бы раз в жизни
Он почувствовал себя слоном
А кто бы из вас знал
Как мне хочется
Почувствовать себя человеком



* * *

иди говорит
в процедурную
ждет тебя
молодая
красивая
хочет видеть
прихожу
молодая но не красивая
рот прикрыт повязкой
сколько лет спрашивает
шесть
снимай говорит штаны
снимаю
ложись говорит
ложусь
трет ваткой
колет...

вот она
первая боль
первый обман и
первая неудача любви



* * *

Из всех моих знакомых
Ты был самым чудным
Ты шатался ночью по подворотням
Забирался в подвалы
Разговаривал с привидениями
А мог делать
И более удивительные вещи

Мы иногда забирались на крыши пятиэтажек
Там было жутко и здорово
И я все боялся что ржавые лестницы оторвутся
Не выдержат
Но этого не случалось

Еще ты писал гениальные стихи
Которые нигде не печатали
(Но это тебя особо не беспокоило)

Ты рассказывал мне о городе своих снов
Волшебном городе
В который ты попадаешь, стоит закрыть глаза
«Там все как у нас и они типа мы
Но у них щупальцы и они извиваются»

И еще ты говорил о других странных вещах
Типа того, что
Печенье умирает медленно

Твои домашние ругали тебя
не каждый выдержит рассказы о смерти печенья

Но тебе было пофиг
Ты вдыхал ацетон
И сказочные герои спешили к тебе

Ты гулял там куда не забредают даже ошалевшие
кик-боксеры
Я говорил тебе что надо быть осторожнее
Но ты не слушал
И люди стали боятся тебя
Потому что ты не всегда был адекватен

Ты бледнел и худел на глазах
Ты устроился работать грузчиком
Где никогда не платили зарплату
Из твоих стихов исчезла гениальность
И они стали просто талантливыми
И я опасался что и талантливость скоро выветрится

Врачи сказали тебе что у тебя распад личности
Твой отец сидел в тюрьме
И единственное что ты помнил о нем
Это как вы воровали картошку
В твоем раннем детстве

И ты как прежде рассказывал мне про город снов
Но я уже не верил
И когда ты приходил ко мне обдолбанный не открывал двери


Последнее что я от тебя слышал, —
Это что в Городе тебя заждались
Ты сказал так в два часа ночи
Балансируя под музыку
На перилах моста

А через два дня исчез

И я надеюсь там где ты сейчас у тебя все отлично
И я бы очень хотел передать тебе привет
Но боюсь, что существа с щупальцами примут это за галлюцинацию
И это помешает тебе адаптироваться там
так же как помешало адаптироваться здесь



* * *

Я заходил к Паше
его мать с ужасом открывала дверь
и на меня пялилась

— Вам кого?

— Пашу. — говорил я

— Зачем?

— Пообщаться...

Она исчезала в проеме
и на ее место приходил пашин отец
он делал строгое лицо
подозрительно меня оглядывал
и иногда после этого появлялся Паша

я знал что их мать сумасшедшая
что она имеет какие-то подозрительные мысли
насчет меня
не имеющие никакого основания

я несколько раз пытался ее переубедить

но она была обыкновенной
перепуганной толстомясой курицей
пересмотревшей голливудских фильмов и новостей
взъерошенной и тупой...

я вздыхал
и возвращался домой
и там уже меня встречала
моя мать

слышь, — говорила она, —
этот парень, Никита
ну который приходил
к тебе в прошлый четверг...

он явно какой-то ненормальный
у него глаза заплывшие
он наркоман, кажется...

да нет, мам, нет, говорил я и шел спать

а мать моя тряслась на кухне
и капала валерьянку

я заходил к себе в комнату
и не включая света ложился

единственные кто здесь наркоманы
думал я

это моя и пашина мамы

они ловят свой огромный
малопонятный
садомазохисткий
кайф

на который и нас хотят подсадить

но мы — Паша, Никита и я
нормальные пацаны
и на это дерьмо не ведемся



* * *

В детстве, в конце 80-х
я, как и многие дети тогда
мечтал быть космонавтом

и из игрушек любимыми
были несколько звездочек
и маленький космолет
с белкой и стрелкой

я даже
перед друзьями
божился что стану
ибо у меня и
сомнений в успехе
не возникало

позже когда я
в школу пошел
модными стали другие профессии
бизнессмена, рэкетира
нефтяного магната

но я все еще хотел
быть космонавтом
хотя и сквозь
ропот сомнений

а в десятом нас привели в военкомат
где я на последнем осмотре
не желая попасть
в стройбат
или еще куда круче

начал себя нахваливать

я говорил какой я умный способный
и т. д. И т. п.

и тогда
военком улыбнулся
и глянув на результаты тестов
шепнул ближесидящему

в космические войска!

Ух ты, — подумал я
Наверное что-то хорошее
из наших никто про такие
даже не слышал

гордый собой
я тихо вышел из кабинета стараясь
никому не мешать

но тот кто стоял там рядом
тоже вышел
и крикнул на весь коридор

слыхали? его-то в космические войска!!!

и тогда все, кто там был

из параллельных классов
человек 200-250
покатились от хохота

космические!..

ха ха ха

слыхали такое?!!

ха ха ха
и тогда я понял
мечта моя не сбылась

и мама моя жива
слава богу



Владимир Кочнев — поэт. Родился в 1983 году в г. Чайковском (Пермский край). Окончил Литературный институт им. А. М. Горького (семинар Алексея Тиматкова), в 2007 году получил литературную премию «Дебют», публиковался как поэт и прозаик в журналах «Арион», «Урал», «Сибирские огни», поэтическом альманахе «Алконостъ», входит в состав жюри премии имени Алексея Решетова «Иная Речь», а также в состав редколлегии литературного журнала «Вещь» (издается в Перми). Живет в Перми.