Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Отклики




Газета «Богатей» № 10 (340), 23 марта 2006 г.

Газета "Богатей" № 10 (340) от 23.03.2006 г.


Писатель среди своих


Человек, тяготеющий к творчеству, стремится объединиться с себе подобным — так возникают всевозможные ассоциации и союзы. Люди пишущие — не исключение.


Союз меча и орала

По некоторым данным, в Саратовской области 11 литературных объединений: четыре в Энгельсе, семь в Саратове. Впрочем, их гораздо больше, но остальные организуются не признанными литераторами с регалиями, а просто инициативными творческими людьми. К примеру, есть три литературных кружка под предводительством именитых литераторов при региональном Союзе писателей, а есть созданный двумя молодыми людьми поэтический кружок "Стихия", базировавшийся до недавнего времени в ДК "Россия".

В России сейчас существует три писательских союза — СП России, Союз российских писателей и СП Москвы, в который входят не только столичные деятели литературы. Есть ли творцу смысл быть членом официальной организации?

Как рассказал председатель саратовской писательской организации Владимир Масян, от членства в СП преимуществ никаких, кроме общения в литературной среде и попадания под определенную социальную защиту. Ну еще, конечно, возможности заработать литературную премию. Но если уж очень хочется, стать членом СП, в принципе, просто: надо "всего лишь" написать несколько художественных книг и издать их. Что характерно, с первым проблем возникает меньше, чем со вторым: ни для кого не секрет, что без толстого кошелька издаться практически невозможно. Но и членство в СП не гарантирует лояльности издательства к творцу. "Материальной помощи в издательской деятельности нет и не было, — поясняет Владимир Васильевич. — Раньше СП мог только рекомендовать издательству писателя — несколько самых именитых из СП входили в совет Приволжского книжного издательства и курировали вопрос, чтобы писатели постоянно печатались. Сейчас все распалось, и мы пытаемся восстановить это через министерство информации, для чего готовим семинар "Писатели и издатели в культурном сообществе области".

Собственно, у меня сложилось впечатление, что в этом состоит наиболее серьезное препятствие к заветному членству. Если ваша каким-то чудом изданная книга отвечает критерию художественности, который все время подчеркивал в разговоре Владимир Масян, вас возьмут. При этом, как бы поосторожнее выразиться, особой художественной глубиной созданному вами "полотну" обладать вроде как необязательно. Иллюстрацией тому служат слова самого Владимира Масяна об одной плодовитой писательнице детективов, члене СП: "Она не художник. Пишет в год по 10-15 романов, но это примитив. А где вы найдете детектив, который не был бы примитивом? Есть понятие "писатель" и понятие "художник". Ну есть у нее талант писать — плохо, что ли?". Да кто говорит, что плохо. Но если в самом союзе писателей, который, казалось бы, должен провозглашать не количество, а качество, разделяют эти два понятия, то что возмущаться книжному изобилию в магазинах, в котором нечего читать.

Тем не менее отбор происходит. В настоящее время на прием в СП подали заявления шесть поэтов и семь прозаиков, из общего числа которых худсовет во главе с Владимиром Масяном рекомендует четверых.

Издался сам — помоги другому

Авторитет СП признают далеко не все — об этом говорит хотя бы факт появления альтернативных литературных объединений. К примеру, год назад возникла Ассоциация саратовских писателей — в прошлую пятницу в музее Чернышевского ее члены отмечали юбилей, а заодно и награждали друг друга от имени общероссийских общественных движений за вклад в литературу. Входят в ассоциацию авторы, выпустившие не по одной книге, а Александр Амусин, которого коллеги называют создателем и вдохновителем "Асписа", без ложной скромности заметил: "Мы всего добились, вышли в люди, нас знают в Москве, и наша задача — помогать молодым талантам". В связи с этим молодые таланты должны приободриться. А вот над вопросом, почему саратовских литераторов, членов ассоциации, знают в Москве, а в Саратове — нет, Александр Борисович задумался. Над этим парадоксом можно вдоволь поломать голову. Однако не сбросишь со счетов и мизерный тираж изданий местных нераскрученных авторов. Из-за этого даже новых лауреатов литературных премий никто не знает.

Между тем раскрученные авторы могут помочь нераскрученным опубликоваться — было бы желание. Известно, что детские книжки коммерчески более выгодны, чем, скажем, стихи, и Александр Амусин собирается издать стихи саратовских авторов на деньги, вырученные от продажи детских книг нашего земляка Михаила Каришнева-Лубоцкого, которого почитает за счастье печатать Москва.

Касательно литературных направлений существует мнение, что в Саратове отсутствует наиболее продвинутое искусство — авангард. Сказать, что его нет совсем, было бы неверно, проблема, скорее всего, заключается в отсутствии для него каналов выхода. В СП России считают основным в литературе приверженность традициям русской литературы, классике.

Новый век "Волги"

Можно было бы предположить, что с уходом господства идеологических стандартов кончилось и деление литературы на официальную и неофициальную. Однако на этот счет мнения участвующих в литературном процессе людей разнятся. Владимир Масян уверен, что такого уже не существует. Поэт Алексей Александров, член некогда существовавшей литературно-художественной ассоциации "Контрапункт", напротив, считает официальной литературой то, что печатают в журнале "Волга-XXI век", и, соответственно, то, что туда не попадает, — неофициальной: по его словам, многие авторы не понесут туда свои произведения по идеологическим соображениям.

"Контрапункт" и журнал "Волга" были в свое время двумя литературными явлениями Саратова, взорвавшими вялотекущий местный литературный процесс. Первый, как отмечают исследователи, "объединял эстетически разнородные явления, ранее относимые к неофициальному искусству", второй, в 1986-1990 годах публиковавший запрещенных до перестройки русских писателей и философов, оценивали как "канал связи между неофициальной и официальной литературами". Сегодня "Контрапункта" уже нет ("Возможно, кончились задачи, для решения которых люди объединились в эту ассоциацию", — подытоживает Алексей Александров), а ныне существующий журнал "Волга-XXI век", по мнению многих, не имеет ничего общего с тем журналом общероссийского масштаба, каким была "Волга", хотя нынешний состав редакции позиционирует журнал как переживший второе рождение в 2004 году (в конце 90-х, как известно, у журнала наступил кризис: отсутствие государственной поддержки и обнищание читателей привело к его закрытию). Многие авторы, имевшие отношение к "Волге", сходятся во мнении, что раньше журнал был литературным центром, а сейчас он им быть перестал, превратившись в официозно-консервативное издание. Тем не менее критик Маргарита Борщова на торжественном мероприятии в областной научной библиотеке, посвященном юбилею журнала, сказала, что новый журнал заполняет определенную нишу, давая читателям то, в чем они нуждаются.

Определенной альтернативой ему является выходящий с 2001 года альманах "Василиск", чья миссия определяется его редакцией как публикация не похожих на других начинающих авторов, а также литературного и культурного наследия ушедших писателей и поэтов. Для первых это оказывается особенно важным: в силу как материального положения, так и оригинальности их дарования другая возможность выйти в свет у них отсутствует. Его редакторы Алексей Александров и Дмитрий Голин стараются как можно полнее дать срез литературы в городе "и в той России, которая нам видится отсюда.

В провинции тоже пишут

Вообще, идея создания общероссийского журнала, который отслеживал бы литературу в регионах, остается актуальной. Сейчас в столице появился так называемый международный литературно-художественный журнал "Дети Ра", который сделал это своей целью и потому считается перспективным. "Это очень нужная вещь, — говорит Алексей Александров, приглашенный в редколлегию журнала. — Конечно, в столичных журналах печатают региональных авторов. К примеру, в свое время "Знамя" открыло екатеринбургского автора Бориса Рыжего, который потом вытащил в журнал своих знакомых писателей, и таким образом екатеринбургское литературное сообщество хлынуло в "Знамя". Но это случай, а не политика. А чтобы посвящать номер отдельному региону, целенаправленно отслеживать, что там есть интересного, — такого до сих пор не было". Вышло уже два номера "Дети Ра", посвященных Саратову. В этом контексте надо вспомнить о выпускаемом нижегородским художником Евгением Стрелковым альманахе "Дирижабль", который периодически посвящает номера регионам. Так, в 2004 году вышел саратовский номер, подбор авторов для которого осуществил поэт и прозаик Игорь Сорокин, более известный массам как заведующий домом-музеем Павла Кузнецова, удачно совмещающий эту работу с литературной деятельностью.

Юноше, обдумывающему "житье во литературе", можно точно сказать одно: с лаврами в этом деле туго. В предисловии к третьему выпуску "Василиска" один из его редакторов Дмитрий Голин резюмирует, что "Саратов, как и абсолютное большинство других региональных центров, — не самое лучшее место для литературной карьеры". Но, поскольку потребность творить выключить невозможно, процесс идет, и "тусклый фон региональной словесности", по выражению Голина, иногда озаряют яркие вспышки непризнанных талантов.

Ирина КАБАНОВА