Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика

 
Союз писателей XXI века
Издательство Евгения Степанова
«Вест-Консалтинг»
подписаться

ПОЭЗИЯ, КИНО, ЖИЗНЬ И СУДЬБА ВЫДАЮЩЕГОСЯ ХУДОЖНИКА


Стих ветвится, усложнен и густ, мерцает таинственно, отсвечивая метафорами, переходит в пространство сценарное, чтобы зажечься кино…
Юрий Арабов совмещал два искусства, владея и тем, и тем виртуозно, выстраивая поэтический мир с тою же интеллектуальной причудливостью и мерой индивидуальности, с которой творил кино-миры…
Горькие интонации характерны для его поэзии:

Не стоит к мощам идти на поклон.
Ты возвратишься в родимый дом
тем более,
         если твой дом разрушен,
и путь твой суетен, да и скучен.

У дома, в который я возвращусь
и которого глубоководный щуп
не нащупает, будет цвести гречиха
и беда не будет горчее лиха.

Привкус полыни, но привкус — пронизанный медовыми лучами бытия. Загадочность жизни сама по себе — щедрость дара.
Андрей Платонов поддается экранизации в меньшей степени, чем любой другой классик, учитывая необычность его, пламенно-земляного языка, на кино не рассчитанного — тем не менее, взяв «Реку Потудань» за основу, Арабов-сценарист претворил ее в интересную формулу «Одинокого голоса человека»…
Психологический излом сложно вспыхивает, переполняя сосуд стихотворения, и искра иронии, пробивающая стих внезапно, не примиряет с трагедией жизни, которую так мощно, основой корневой собственной личности ощущал Арабов:

Кричала, билась упрямым лбом,
скрипя, как продавленная кровать,
а свет был проколот
                   фонарным столбом,
и это ее заставляло рыдать.

Но вдруг, подожженная от фитиля,
захохотала, давясь, как арфа,
будто открыла
             скрипичный футляр
и там увидала живого карпа.

…«Господин Оформитель» разойдется кругами эстетской тайны, переиначивая Грина, причудливо играя стилизацией, поражая, завораживая, вовлекая в свои глубинные недра.
На стыке жанров, прихотливо исполненный «Монах и бес», — словно действительность рассматривается через метафизику абсурда.
…Элементы оного играли немалую роль в творческой живописи Арабова, и, развиваясь, переплетаясь с другими элементами, делали смысл и звук его произведений более полифоничным.
Линия обэриутов подхватывалась вдруг:

Картридж к пейджеру летит
для полуденной беседы:
«Где нам, пейджер, пообедать
или просто закусить?»

Современность истолковывалась забавно.
…Он предлагал совершенно необычный кинематограф — словно реальность показывалась через тонкую янтарную пленку потустороннего.
Он предлагал неожиданные миры, созданные созвучиями; и, совместив пласты творчества, растворился в нем, покинув вечное вращение юлы юдоли.

Александр БАЛТИН