Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Свежий Номер

№ 11 — 12 (37 — 38), 2007


ЛИТЕРАТУРА ДРУГИХ РЕГИОНОВ. Перекличка поэтов


Дети Ра ПОТЯГАЙЛО



ГОЛОСА В ЭЛЕКТРИЧКАХ



* * *

На столе стакан,
пустой и целый.
В спальне скрипит кровать,
сейчас кто-то встанет с нее,
и пойдет,
и шаги раздадутся в стакане
шарканьем нежным,
или глухим эхом,
затухающим в центре.

Трещинки не хватает,
чтобы сквозняк
проникал
и край ее, поначалу острый,
стачивал потихоньку.

Единственное орудие —
твое колечко:
маленькая серебряная сушка,
оставленная сашкой.

Нажав на краешек,
отколем чуть-чуть,
и положим на место.

вот так.
а то на столе порядок,
как на уроке.



Про нас

Когда одна иду в вечерний час
к метро, к постукивающей электричке,
я часто думаю, что промеж нас
не может быть и тонкой спички.

Но дома ты, и музыка рекой
втекает в уши, и какой-то непокой,
и по утрам колеблемый в мозгу
вопрос про хлеб, и кофе, и рагу.

Ужо настанет лето! Далеко
уеду. Так в кувшин стекает молоко,
и вот уже не видно глины стен,
наполненная белизна взамен.



* * *

Пустеют времена,
нет у тебя
ни опыта, ни слуха,
едва-едва улавливает ухо,
что говоришь ему, любя.

Ноябрь прилетел, как воробей.
И кашею овсяной рано утром
питаешься
и за тобою мудро
все ходит кошка:
не вестей, котят
мы ждем, и дома гости спят.



* * *

Ты входишь в темный коридор
позоров и обид.
Стабильно крепок твой дозор
над тем, который спит.

Ты слышишь посвисты и храп,
как дышит остолоп,
ты падаешь на дно ведра,
для капли это — стоп.

Теперь ты лужа, и ползи
все шире и круглей,
ты падаешь в одно ведро,
тяжелое вполне.



* * *

Не отпускай мою руку,
говори только правду
и ничего не бойся.

День закончился
и погрузился в сумрак,
за собой ведет тонкая нить
Кассиопеи.

Можно поставить точку
или тебе поэму:
созвездие памяти
над большими домами.

Человечки на стекле автомобиля
устали и тают, а ночью
надо мною светится книжка:
о, какой волшебный дуэт!

Куда-то далеко уводят аллеи —
нет, только в тени-точку,
на другую дорогу —
крепко держи мою руку.



* * *

Голоса в электричках
похожи на голоса,
отделенные от тел:
растворяются, будто сахар в чае,
и наоборот,
будто крылья,
хлопают над головой,
будто руки,
поддерживают вагонный небосвод.
о чем они говорят?
послушай: о том, что растет
и зреет
в лесу, в огороде, в детской.
Человеческая доброта
где-то очень глубоко
скрыта в этих голосах,
служит им тайной основой.
«Прости меня» — стучат колеса,
«Прощаю» — отвечает голос,
даже если он говорит
о баранах, дожде, новой пижаме.



* * *

Листья пожелтеют на деревьях,
можно будет гонять их ногами
по заросшему парку,
перекидываясь самолетиками-словами:
«мой любимый»,
«я не забуду» —
скажет желтый колер,
цвет памяти, синего чулка, училки.
В День учителя
дети приносят тебе цветы
(неуклюжее утро в моей копилке).
«друг,
ты со мною рядом,
внезапно приходишь из ниоткуда,
прилетаешь в трудную минуту,
будто Карлсон с высокой крыши.
С тобою и я чуть легче и выше».



* * *

Как медленно, не допуская спешки,
по горизонту зимнему плывет
мое письмо к тебе.

Когда его получишь?

По берегу реки проходит человек,
он, может быть, тебе попутчик.



Город

Город звал меня так,
как будто на самом деле
был городом, а не просто памятью.

Вот он, Эмилия, этот мертвый мир,
а ты говорила — майский жук,
китайская грамота, жареный лук.
Ты улыбалась, Эмилия.

Только гордое колесо
велосипеда
способно стать памятником
нашей юности.



Комнаты

1
А я думала
как в этой комнате
меняются тени и свет,
как там, где махали мечами
два фехтовальщика
человек просыпается
вспыхивает торшер
за окном самолетик летел
бездомный, как пес-дворняга,
а я думала
как жили
здесь без меня,
до тех пор пока я
не курила здесь в кресле.

2
эта комната уплывает, исчезает, меняется,
дверной проем ее черен
напротив окна,
ее нежное воздушное пространство
так чудесно лечит
старые раны.

эта комната просто доктор
для всех, кто ее посещает,
мыши
здесь белые обитают.

3
юношу, которого я забываю,
звали Стасом.
он был похож на лягушку
или на жителя другой планеты.
не сразу и разглядишь,
что за его спиной
растекались твердые стены,
над его головой
выписывали кольца и гасли
круглые лампочки.
в его комнате жили две кошки,
открывалась большая форточка,
подаренная мною белая мышь
висела на лапе стеклянного кота,
украденная у меня фотография
помещалась над аквариумом без рыбок.



Светлана Потягайло — поэтесса. Родилась в 1981 году. Живет в Новгороде Великом и Санкт-Петербурге. Публикуется впервые.