Главная страница
Главный редактор
Редакция
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Книжная серия
Спонсоры
Авторы
Архив
Отклики
Гостевая книга
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение




Яндекс.Метрика
 
подписаться

Свежий Номер

№ 10 (132), 2015


Поэзия Союза писателей XXI века


Светлана ОС

ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ
 
ПАЯЦ

Лишь только солнце иноверцев
Его согреет —
Паяц тотчас лицом и сердцем
Окаменеет.

А убери того Паяца
В картонный ящик —
Он будет плакать и смеяться
Как настоящий.



ВОЛЧОК

Не броди, не думая ни о чем
По неровно скошенной полосе.
Говорят, за лесом живет волчок —
Он не так уж страшен, не так уж сер.

Окна-двери заперты на крючок,
Проглядев до одури глаз нули,
Ждет волчок, когда заживет бочок
И другое-прочее, что болит.

Он летал за вереском по ночам,
Он искал до неба путей простых,
Но его печаль — не твоя печаль,
А твоей печали и след простыл.

Не ищи укромный его приют,
Колыбельных грустных не голоси:
Он опять уляжется на краю…
…А тебе останется — укусить.



ДРУИДСКОЕ

Не тони в воде, не гори в огне,
Обрастай корой и деревяней,
Чтоб не быть задетою за живое,
Утешайся мыслью, что нет вообще
Ничего в тебе, кроме двух вещей:
Годовых колец и колючей хвои.

Не смотри в себя, не смотри вокруг —
Мира больше нет, а тебя — в миру:
Никому теперь никуда не деться…
Не играй с судьбой в несвою игру —
И к тебе не явится лесоруб
С топором в руках и занозой в сердце.

Верь-не верь — случаются чудеса:
Сколько стеблей в ряд ни коси коса,
Все равно однажды найдет на камень —
И засохшим деревом без корней
Ты кому-то снишься… в кошмарном сне
Со своими мыслями и стихами.



РАССТРЕЛЬНОЕ

В час, когда под будничной коростой
Боль внутри безумней и острей,
На забытый Богом перекресток
Выведут тебя как на расстрел.

И свинец, и сталь — неумолимы,
Но дрожит с оружием рука:
Твой палач всегда стреляет мимо…
Значит, попадет наверняка.



ЭКТОПЛАЗМА

Мои фракталы не просят корма,
Мои лучи пресекают свет.
Я — только то, что меняет форму
И только то, что меняет цвет.
Я лишь стакан — не пустой, не полный,
Ни отступить и ни в руки взять.
Я — только то, что нельзя запомнить,
И только то, что забыть нельзя.
Я — ваш убийца и ваш хранитель,
Прямая трасса и лабиринт —
Я стану тем, кем меня увидят,
Не поменяв ничего внутри.
Когда ж сойдутся за этой дверью
Стена воды и стена огня,
В то, что он есть, я смогу поверить
Тому, кто верит, что нет меня…



ПАННОЧКА

Очерти этот круг. И еще один круг. Вот — мел.
Очерти наугад: первый — в сердце, второй — в уме:
Между явью и сном, между светом и тьмой, Хома.
Разуверь себя в том, что иллюзия — не обман.
Не ищи судьбоносные знаки ни там, ни тут,
Не смотри, как в тебе пробуждается прежний Брут —
Ты сильнее его, ты — надежда окрестных бурс.
И такие, как ты, никогда меняют курс
На параде планет, где идут за звездой — звезда:
Выбирай хоть какую — любая ответит «да»…
…Только нет, не Ее (этот выбор для всех — табу),
Что летает ночами в сосновом своем гробу
По-над городом тенью, невидимая никем —
Только ветер по крышам и рябь по Москве-реке…
Ей сигналит рассвет, заприметив ее едва —
Но не видит она, потому что она мертва.
Под словами ее рассыпаются в прах листы,
Ей земля — как погост, а на нем — куполов кресты,
Ей людское — тюрьма, а за гранью его — простор… —
На таких виражах выживают один на сто.
Остальным суждено провалиться за окоем,
Потому и лица нет, и имени у нее,
Только пепел в руках, только яд и свинец в крови.
Только Вий может с нею поспорить и только Вий
Равен ей по природе, по сумраку из-под век:
Он — такой, как она, тоже — нежить, не человек…
…А покуда всерьез не жалеется ни о чем,
И покуда тебе не наскучила жизнь еще,
И из проклятых бездн не доносятся смех и вой,
Открестись от Нее тонкой линией меловой,
Раздели мир на два — и рассеется колдовство:
Что мертво за чертой — то уже навсегда мертво…



НЕ ОДНО И ТО ЖЕ
 
1.

И не то — знаменье, не то — помеха,
Выпадая равно: то чет, то нечет,
Это слово точно боится эха,
Ибо даже эхо ему перечит.
Чем один его произносит тише,
Тем другой его забывает дольше…
А само оно — только то, что слышишь,
И ни звуком больше.



2.

Одному доступно парить над всеми,
Заклинать стихии, ломать преграды,
И лепить пространство свое и время
Из цветов и радуг.
А другой — лишь тень, что играет тенью —
Сетью тонких линий пересеченных —
Он способен в ней задержать мгновенье
И раскрасить черным.

Им обоим вдоволь воды и хлеба,
И земных пространств, и любви до гроба.
И они, как будто бы, делят небо,
И крылаты оба.
Но они по-разному разным дышат,
И один другого понять не сможет…
Потому что птица с летучей мышью —
Не одно и то же.



ТОТ, ЧЬЕ ИМЯ НЕ НАЗЫВАЕМ

Неизменно неузнаваем,
Не придуманный — не живой —
Тот, Чье Имя Не Называем,
Всюду следует за тобой —
Так бесплотен и безутешен,
Так фатально неисправим
В этом мире Он, что замешан
На печали и на крови,
В этом мире пустом и круглом,
За который твой образ вбит
На правах чужеродной буквы,
Попирающей алфавит…
Попытаешься разминуться
И рассыпаться в миражи —
Осторожно руки коснутся
Тонких пальцев Его ножи
И тебя, в ком душа живая
Потеряла затмениям счет,
Тот, Чье Имя Не Называем,
Безымянною наречет.



ЭТИ ДОРОГИ ДАВНО НИКУДА НЕ ВЕДУТ

(На перепутье причудливый камень стоит — неосязаем наощупь и страшен на вид: все о дорогах подробно написано тут, кроме того, что они никуда не ведут…)
...
Здесь и внутри — ни души, и вокруг — ни души.
Остановись помолчать… Помолчав, поспеши
Без сожалений свернуть на обратный маршрут —
Эти дороги давно никуда не ведут.

Сколько о каждой ни думай и не выбирай,
Пункт назначения — даже не ад и не рай,
Ибо не знают о них ни в раю, ни в аду —
Эти дороги давно никуда не ведут.

Это — мираж через лица, слова, города —
Ими возможно идти, но прийти — никогда…
Ими несет на спине кто вину, кто беду.
Эти дороги давно никуда не ведут.



ПИСЬМА СТЕНЫ

«Сохрани мою тень. Не могу объяснить. Извини.
Это нужно теперь. Сохрани мою тень, сохрани…»
Иосиф Бродский

Вы прошли наугад, пряча сердце за тканью плаща.
Я была здесь всегда под покровами мха и плюща.
Ветер глушит сигналы и с этой, и с той стороны:
Мы не слышим друг друга, поскольку ни в чем не равны —
Словно вечный огонь и смертельное жало ножа,
Словно воздух и свет с нежеланьем смотреть и дышать,
Словно черная бездна и смелость ходить по краям —
Вы живете и живы — и этим честнее, чем я…

Я — никто и ничто, только в ряд — кирпичи, кирпичи,
На которых натальный рисунок едва различим.
Шаг ко мне и страшней, и больней, чем два шага назад
И не сделать его — способ душу спасти и глаза.
От меня — посильней оттолкнувшись — бежать и бежать…
Я могу отражаться, но я не могу отражать —
Это знают лишь там, где за ночью не следует день,
Это знает лишь тот, кто не в силах отбрасывать тень.

Я — ничто, кроме жуткой, сметающей все тишины,
В катакомбах которой теряются сказки и сны.
О мою темноту разбивается солнечный свет.
Я — ничто. Надо мною не властно течение лет.
И пока все вокруг обращается в пепел и лед,
Что других убивает, меня никогда не убьет:
Мой творец в этом мире был груб и живое не чтил…

Я — ничто, кроме камня. А камни бессмертны… Почти.



Светлана Ос — поэт. Родилась в 1970 году в городе Полярные Зори Мурманской области. Закончила филологический факультет Курского государственного педагогического университета. В настоящее время живет в Москве. Член Союза писателей России и Международного СП «Новый Современник». Член Творческого Совета МАГИ. Обладатель национальной литературной премии «Золотое перо Руси». Лауреат Международного поэтического конкурса «Серебряный Стрелец», победитель в номинации «Серебряное слово». Победитель Парнасских игр. Стихи Светланы Ос были напечатаны в многочисленных сборниках, литературных альманахах, периодических изданиях в России и за рубежом, переведены на иностранные языки. На некоторые из них написаны песни.